128206_orНеобходимое зло

Одна из вещей, которые я слышу из сессии в сессию от клиента к клиенту: зачем злиться на тех, кто причинил тебе боль в прошлом, когда ты был беспомощен — это же бесполезно?

Я не знаю, откуда берётся это утверждение (хотя понятно, что этому учат культура и родители, но вот в какой момент это происходит — неизвестно), но ничего более бессмысленного и опасного я лично придумать не могу.

Прощать — да, необходимое умение. Прощение обеспечивает свободу и возможность идти дальше. Но прощать, не обидевшись и не разозлившись — безумие. Человек таким образом как бы говорит: «Ок, не случилось ничего страшного». А подсознание в этот момент вопит на всю громкость: «Какого черта? Меня тут чуть не убили, на минуточку! Ты что, с ума сошел? Ты чего, не понял? Тогда на тебе — еще раз, чтобы дошло!».

И происходит-то самое опасное: ситуация повторяется. Человек сам строит себе условия, в которых он снова будет наедине с болезненной ситуацией, чтобы в этот раз осознать, что это опасно, и попробовать справиться. Или разозлиться. Или сделать хоть что-нибудь. Но он снова не злится. Не обижается. Не сопротивляется. Прощает под горячую руку. И таким образом происходит закольцовывание дисфункционального сценария, который может повторяться раз за разом, пока человек не окажется способным сказать: «Стоп, на эти грабли я уже наступал. Чё происходит-то?» — и либо обратиться за помощью, либо справиться самому.

Пример? Тот самый четвёртый муж, который бьёт по морде. Женщина может раз за разом выбирать абьюзивного мужчину, потому что в детстве её отец был одновременно очень любящим и заботливым, и очень жестоким. И ей было запрещено возмущаться и сопротивляться против его агрессии, истерик или даже насилия. И она, повзрослев, будет постоянно выбирать точно таких же мужчин, уходить от них, находить следующего — с тем же результатом. Потому что она пропускает — раз за разом — тот момент, когда нужно давать отпор или просто бежать. Или тот сигнал, который говорит о том, что вот к этому мужчине вообще подходить не нужно.

Единственный способ справиться — это рассердиться на то, что происходило в детстве или позже. Позволить себе сказать: со мной так нельзя! Он не должен был так поступать. Все они не должны были так поступать. И никто не имеет права так обращаться со мной.

Единственный способ разрешить такую ситуацию внутри себя — пройти весь путь эмоций, а он длинный: шок-агрессия-сопротивление-обида-рационализация-анализ опыта и только потом прощение. Каждый кусочек может занимать от нескольких минут до нескольких лет (и это если не сопротивляться и дать процессу идти нормально).

Единственный способ разрешить такую ситуацию «снаружи» — начинать реагировать на неё (на ситуацию) на стадии раздражения. Нормальной реакцией является сказать сразу о том, что Вас раздражает. На этой, первоначальной стадии конфликта разговором мы можем решать какие-то вопросы, поскольку окружающие склонны не понимать наши невербальные сигналы. Если же вторая сторона не желает решать вопрос конструктивно, Вы имеете полное право выразить уже свою злость, чтобы не перейти на дальнейшие стадии гнева, и тем более неконтролируемой ярости.

Если же Вы научитесь «не скатываться» в злость, Вы также перестанете «скатываться» и в другие эмоции — в радость, в печаль, в удивление и т.д. Невозможно перестать чувствовать какую-то одну эмоцию и продолжать чувствовать остальные. Как следствие, Вы перестанете чего-либо хотеть, потому что трудно понять, чего хотеть, если нет эмоций.

Кроме того, пока Вы не научитесь ничего не чувствовать, подавленная злость будет накапливаться и проявляться раздражительностью и вспышками гнева без существенных причин.

Если Вы научитесь «не скатываться» в агрессию, Вы перестанете «скатываться» в любую деятельность, потому что любая деятельность меняет что-то во внешнем мире, а следовательно, это тоже есть агрессия.

Другое дело, что можно научиться обращаться со своими эмоциями адекватными способами, и энергию агрессии использовать в социально приемлемых рамках.

Часто люди боятся своей агрессивной (животной) части и делают всё возможное, чтобы её ужать или от неё отказаться, абстрагироваться.

В случае ужатия весь организм испытывает напряжение и ищет возможность выплеснуть агрессию (расслабиться), от напряжения случается всякая психосоматика и нервные расстройства, а также «нападение» на окружающих. В случае отказа, абстрагирования, собственная агрессия проецируется на окружающий мир, и тогда окружающее становится врагом, агрессором, обидчиком. И самое интересное, именно из-за этого все окружающее начинает нас обижать. Вот этими двумя вещами неприсвоенная агрессия и опасна. То есть в результате или мы кого-то мочим, или кто-то мочит нас.

Хозяином агрессии быть вкусно, хочется кусаться, бодаться, смеяться, валяться, в общем — жить. Когда человек — не хозяин своей агрессии, он чувствует себя беспомощным, обреченным, бессильным. Убежать и спрятаться от какой-то своей части невозможно. Зато в неё можно влюбиться, почувствовав ее вкус )).

Как научить детей правильно злиться

ИСТОРИЯ ИЗ ЖИЗНИ

Подготовительная группа детского сада, площадка, зима.

Юля (наступая на Сашу и сжимая в руке лопату):

– Почему ты со мной не играешь?! Я хочу с тобой дружить!

Саша (пряча голову в плечи и отступая к веранде):

– Юля, я сегодня не могу с тобой дружить.

Юля (энергично взмахивает лопатой):

– А я хочу! Давай играть!

Саша (чуть не плача и оглядываясь в поисках поддержки):

– Не буду! У меня голова болит.

Юля (топает ногами и машет лопатой).

В этот момент я сочла возможным вмешаться.

– Юлечка, – сказала я, – мне кажется, ты очень злишься.

– Нет! – грозно воскликнула Юля и топнула ногой для пущей убедительности. — Я не злюсь! Я просто хочу дружить.

РАСШИФРОВКА ПОСЛАНИЙ

В нашей культуре не принято злиться. Особенно девочкам. Особенно открыто. Начальство орёт – гневается, женщина визжит – капризничает. Можно ворчать, бубнить, язвить, вставлять шпильки и дуться. Можно обижаться. В особо тяжелых случаях допускается прямое оскорбление собеседника («Дура набитая!»), но ни за что нельзя заорать, как в американских фильмах: «Я тебя ненавижу!». Не принято.

Потому что злая, сердитая, агрессивная особь женского пола – это очень страшно. Это могут позволить себе только те, кому уже нечего терять, для кого ярлык «стерва психованная» уже ничего не изменит в судьбе.

Наши милые Юлечка и Сашенька просто блестяще продемонстрировали весь спектр возможных реакций. Судите сами.

Юля заявляет о своём желании: «Я хочу быть в контакте с тобой». Представьте на её месте подвыпившего супруга, пришедшего поздно домой (поздно – потому что в тот момент Саша была занята игрой с другими девочками) и требующего чего угодно, от ужина до секса. Требует грубо, без предварительных ласк и поглаживаний. Ни тебе цветочка, ни хотя бы ритуального: «Дорогая, как прошел день?». На его стороне сила и власть. Ну, или фантазия, что сила и власть на его стороне.

В ответ Саша принимает позу «слабого и беззащитного»: я себя плохо чувствую, у меня болит голова, извини. То есть вместо того, чтобы осадить хама, показать, что она его не боится, в конце концов, просто спокойно призвать к диалогу, Саша прячется в болезнь. Это тоже «принято»: отказывать мужу под предлогом головной боли. Это настолько стало штампом, что уже даже не смешно.

Но Юля не отступает, она сердится сильнее, багровеет и уже готова применить силу.

Просто удивительно, откуда дети это всё берут. Ведь если показать эту сценку родителям, они ни за что на свете не признают в действующих лицах себя.

Почему Юля с ходу начала нападать? Потому что у неё уже было испорчено настроение, прямо вот с утра. Может, разбудили не вовремя, может, она сама заболевает, но пока не поняла этого. Есть вариант, что у неё был какой-то план на прогулку: строить с Сашей домик, например. А Сашу перехватили другие девочки. И она разозлилась. И вместо того, чтобы заорать на всю улицу: «Саша, я так тебя ждала, а ты с другими играешь!», Юля пытается соблюдать приличия. То есть пытается спрятать свою злость и говорить вежливо.

Только текст не совпадает с невербальными, телесными посланиями: на языке «давай дружить», а в теле «я хочу тебя ударить». Так как человечество обрело речь (слова) гораздо позже, чем язык жестов, мы все реагируем в первую очередь на них. На жесты. На позу, на мимику, на интонацию. Можно прошипеть: «Мой дорогой!» – и дорогой предпочтет задержаться на работе, лишь бы не слышать и не видеть этих признаний в любви. А можно называть своего ребенка Чудовищем, и он будет абсолютно счастлив, более того, может даже представляться этим прозвищем. Потому что главное – тон, поза, жесты. Даже обнимать ребенка можно так, что он будет или задыхаться, или мурлыкать.

С Юлей всё ясно, давайте приглядимся к Саше. Сашка – маленькая, хрупкая, с огромными глазами, тихим голосом, копия своей мамы. Когда ей было три года, я работала с ней по поводу многочисленных страхов, перенятых у мамы. Раньше её мама не работала и боялась всего на свете. В прошлом году она вышла на работу, и жизнь стала налаживаться: у нее изменился голос, пропали просительные и ноющие интонации, она научилась отвечать: «Нет, просто нет».

И Сашка тоже немного окрепла, даже иногда верховодит в группе (в отсутствие «старших по званию»). Но на стандартную ситуацию нападения она пока что реагирует стандартно: если можно – утешить агрессора, подстроиться к нему, уластить; если не получается – спасается бегством.

Моя практика как семейного терапевта говорит, что таким способом агрессора не унять, они только наглеют.

СПОСОБЫ ВЫРАЖАТЬ АГРЕССИЮ

Я предложила Юльке: «Давай я научу тебя правильно злиться. Смотри на меня! Сделай «зверское» лицо. Самое злобное, какое ты только можешь. Нет, не так, не надо корчить морды, просто оскаль зубы, сморщи нос, нахмурь брови и напряги все мускулы. Вот, правильно. А теперь – рычи. Просто без слов, низким звуком из середины живота, рычи: «Р-р-р!».

Юлька старательно рычит, у неё получается. А теперь еще и ноги добавим, давай, Юль, топочи ногами посильней. Сожми руки в кулаки, но не размахивай ими, как мельница, а потряси возле тела, как будто угрожаешь. И еще добавь звука побольше: «А-а-а-р-г-х!».

К нам подтянулись ещё дети, пока просто смотрят. А чего стоим, ничего не делаем? Ну-ка, встали полукругом и все вместе: «Р-р-р! Как я зол! Я просто сейчас лопну от злости!».

Воспитательница заинтересованно подтягивается. Но тема волнует совсем не всех детей, большая часть продолжает свои игры. И правильно: не все испытывают трудности с выражением чувств.

Обратите внимание: никакого направления эта злость не имеет. Мы говорим только о себе и о своих чувствах, никто ни на кого не бросается, поэтому всем безопасно. Сравните два яростных крика: «Я тебя ненавижу!» и «Ненавижу!». Просто – «ненавижу», неизвестно кого. Когда человек говорит о себе, это никак не задевает окружающих.

Вся тренировка длится не больше трёх минут. Но дело сделано, Юлю явно «отпустило», она расслаблена, порозовела, дышит легко. Неожиданно к ней подходит Саша, заглядывает в глаза и спокойно говорит: «Пойдем в домик?». Остальные тоже расходятся.

ЧТО МЫ СДЕЛАЛИ

Мы прожили эмоцию телом. Мы ни на кого не нападали, не кидались с кулаками, не кричали: «Ты вонючий урод!». Мы сначала осознали своё чувство («Я очень злюсь»), назвали его и позволили своему телу прореагировать. Всё это не сходя с места. Как говорится, «ни одно животное при съёмках не пострадало».

После того как эмоция осознана, названа и прожита в теле, она уходит. Если этого не сделать, мы начинаем болеть, в теле появляются зажимы и болезненные блоки, приходится глотать таблетки и ходить на массаж. Основная причина головных болей и у детей, и у взрослых – напряжение в задней поверхности шеи, вызванное сдерживаемой агрессией.

ЕСЛИ ВАС РАЗОЗЛИЛИ…

• скажите себе: «Я страшно зол!»;

• вдохните глубоко носом, сожмите кулаки, напрягите мышцы, особенно плечи, предплечья и лицевые мускулы. Сделайте «зверское» лицо;

• если есть возможность – выдохните с рычанием, стараясь толкать звук вниз, как бы из живота, а не голосовыми связками;

• если нет – просто шумно, с усилием выдохните, тоже вниз;

• и расслабьте мышцы. Даже с самого ответственного совещания всегда можно выскочить в туалет. И порычать там. Гарантирую: работает. И голова болеть не будет.

Яндекс.Метрика